Чувствую себя тираном и угнетателем.

У Маркуса очередной приступ борьбы за независимость и против коварных угнетателей.
Он тихо и осторожно залезает на стол и усаживается под лампой.
Но на экране компьютера бегает такой смешной курсорчик... а эта зловредная женщина почему-то не дает на него спокойно посмотреть. И потрогать смешные кнопочки тоже не дает. Хотя сама стучит по ним почем зря. И даже журнал кусать нельзя. Просто за что ни возьмись - ничего нельзя. А просто так сидеть скучно.

Обиженый такой несправедливостью кот уходит. Минуты на три.

Чувствую себя тираном и угнетателем.

У Маркуса очередной приступ борьбы за независимость и против коварных угнетателей.
Он тихо и осторожно залезает на стол и усаживается под лампой.
Но на экране компьютера бегает такой смешной курсорчик... а эта зловредная женщина почему-то не дает на него спокойно посмотреть. И потрогать смешные кнопочки тоже не дает. Хотя сама стучит по ним почем зря. И даже журнал кусать нельзя. Просто за что ни возьмись - ничего нельзя. А просто так сидеть скучно.

Обиженый такой несправедливостью кот уходит. Минуты на три.